Category Archives: Творчество

Две минуты для неизвестности

Это было давно, в конце прошлого тысячелетия. Ясна Тот снимала тогда небольшую комнату в доме бывшего директора школы, старого венгра, лысеватого на макушке и с завитками седых волос за ушами. Директор носил тёмно-зелёный атласный жилет и всё время теребил в руках очки. Всякий раз, когда они были нужны ему, он забывал, где их искать, и поэтому щурился и переводил взгляд в дальний угол длинного коридора, который заканчивался старой массивной дверью.

Раз за разом внимательно разглядывая старую дверь, Берток Арпад не разрешал себе только одного – смотреть на замочную скважину, большую, манящую, но, как казалось Бертоку, представляющую опасность или неизвестность, что в его понимании было одно и то же.

2В тот вечер колокола кафедрального собора зазвучали на две минуты позже обычного, вот почему день не просто коснулся вечера, а лёг на него внахлёст, не давая темноте взять полную власть. Ясна Тот знала, что именно так рождаются сумерки.

Серо-фиолетовый туман ложился на кроны деревьев, а затем спускался с них, оставляя на ветвях пучки своей пышной шерсти, и укладывался на затёртые булыжники мостовой. Переход пространства через порог времени. Серые фасады темнеют, а почти что чёрные проёмы окон вспыхивают светом жёлтых ламп. Голоса редких прохожих, смелые пока было светло, начинают звучать приглушённо и размыто, словно растворяясь в красках стекающих с деревьев сумерек. В отличие от дневных, вечерние ароматы улицы не щекочут желания, а прокрадываются в потайные палаты души и аккуратно закрывают за собой дверь.

Сумерки заставили Ясну снять перчатки и открыть ладони прохладному воздуху.

В старом доме на улице Харамбашичева бывший учитель Берток Арпад, не отрываясь, смотрел на отверстие замочной скважины. При этом он не искал свои очки, напротив, он нацепил их на нос, чтобы лучше рассмотреть сияющую точку на тёмной поверхности двери. Когда-то, давным-давно, он закрыл эту дверь, и через её порог перестали перетекать его миры, внешний и внутренний. Время остановилось на пороге, закрытое тяжёлой дверью и забытое то ли с одной, то ли с другой стороны. То, что служило связью, стало стеной на её пути.

В тот вечер ошеломлённый Берток наблюдал, как сиреневый туман просачивался тонкой струйкой в то единственное отверстие, промежуток, который он оставил между собой и внешним миром как прощальный луч солнца, как зыбкое обещание, как последнюю надежду на взаимность.

Вдруг вместо сияния сумерек в замочной скважине блеснул ключ, раздался привычный звук поворота ручки. В дом зашла Ясна и, не глядя на Арпада, бросила на полочку под зеркалом свои перчатки. Арпад встряхнул лысой головой, не понимая, что произошло и как неожиданно возникшая лёгкость в его голове связана с этой открывшейся дверью и небрежно брошенными перчатками его постоялицы.

За окном раздавался звон колоколов кафедрального собора. Арпад посмотрел на часы – они звонили на две минуты позже обычного…

Свобода Альбы Малагурского

Это уже вторая встреча на перекрёстках Суботицы, встреча людей, чьими именами названы улицы города.  На этот раз разговор ведут Альба Малагурский, градоначальник Суботицы (1881-1927),  и легендарный Йован Ненад (1492-1527), военачальник, герой и царь самопровозглашённого государства, столицей которого была в начале 16 века Суботица.

Style: "1024988"

Альба Малагурский

После душного кабинета и канцелярской пыли, которая имеет свойство не быть заметной, но проникать повсюду, прохладный воздух улицы показался ему необычайно свежим и чистым. Эту улицу он знал как свою ладонь, каждую ямку, каждый бугорок. С каждым камнем он мог завести неспешную беседу и услышать в ответ истории о воинах и сражениях, о счастливых встречах и грустных расставаниях, о жизни города в прошлом, настоящем и даже будущем.

Альба Малагурский, по природе своей мечтатель и мастер фантазий, уже второй год служил градоначальником. За это время он стал настоящим виртуозом повседневных дел, бумажной рутины и даже бюрократической волокиты. читать далее

Спасение Аттилы Йожефа

Это первый рассказ из задуманной мной серии «Перекрёстки», где встречаются люди, именами которых названы улицы Суботицы. Встречаются на перекрёстках улиц их имени.
И вот первая встреча – венгерского поэта, который трагически закончил свой путь, бросившись под колёса поезда, и Святой Терезы Авильской, святой покровительницы Суботицы.

József_AttilaБелый флаг одиночества, выброшенный на белое промозглое небо зимы – да кто же его заметит. Разве коснётся его самым краем заблудившаяся нота из мелодии грустной венгерской скрипки, да и то, пролетит потом мимо, быстро забыв о встрече. «В сердце сбой-перебой, как будто бы бьётся нечто иное в клетке грудной – не бренный комок, а простор ледяной…»
Пусть ничто не беспокоит тебя… Пусть ничто не пугает тебя…

Зима. День на излёте. Зачем-то ждёт ночи душа, измученная дневным светом. Как-будто ночь сможет укрыть её раны, спрятать – но от кого? Уж конечно, не от самой себя. «Зимняя ночь, зимняя даль, зимняя сталь колоколом гудят…» Все звуки в ночи сильней. «Ярче мысли – терпеть невмочь – блещет зимняя ночь»
Всё пройдёт. Лишь Бог неизменен… Терпение достигает всего… читать далее

да, нет, возможно

DSC07153– Почему ты не пишешь?
– У меня нет слов.
– Ты в этом уверена?
– Да.

– Вот видишь, у тебя есть по меньшей мере два слова – «да» и «нет». А теперь представь, что «да» и «нет» – это два берега, один высокий, другой низкий, один солнечный, другой тенистый, один поросший лесом, на другом же – луг, блестящий от капель росы…

А между ними – река, отражающая в своих водах и правый берег и левый, и высокое и низкое, и светлое и тёмное, и «да» и «нет». Река послушна берегам, но хранит в своём течении то, что гораздо больше того и другого, потому что между «да» и «нет» всегда есть «возможно». Признай, что есть возможность – и поток слов, как живая река, придёт в движение и направится к океану.

Приглашение к наивности

DSC08625Я не искусствовед и, попав первый раз в центр Суботицы, не смогла объяснить художественными терминами красоту, которая окружила меня. Я восприняла её на уровне чувств – я оказалась в сказочном городе, по очень большой вероятности населённого эльфами, волшебниками и феями. Ну как-то так. Потом уже мы начали присматриваться к деталям и удивляться плавным линиям зданий, затейливому орнаменту фасадов, необычности цветовых гамм. Позже мы узнали про стиль Арт Нуво, его историю и характерные черты. Но до сих пор на первом месте остаётся чувственное, эмоциональное восприятие этого стиля как нетривиального, причудливого, приглашающего открыться собственной внутренней радости, игривости и даже наивности. «Добро пожаловать в сказку!» – так и говорят мне эти необычные дома. Ну что ж, я всегда готова :)

Почитать про стиль Арт-Нуво и посмотреть галерею можно здесь.

Мысль летит

Мысль летит над чистой страницей. Расчёркивает её тенью и устремляется дальше. А бывает, что парит так высоко, что даже тень, пока опустится вниз, превращается в маленькую точку. Но иногда эта птица решает опуститься и свить гнездо. Тогда получаются рассказы.

Рассказ про Фифи

fifi2Этот рассказ написался сам собой, и строчки легли сами. Я просто записала их сначала в записную книжку, потом в блог. Мне было интересно наблюдать, как слова вагончиками цепляются друг к другу, и паровоз воображения везёт их через поля и горные туннели к станции под названием «Наставиће се» («Продолжение следует»). Каким оно будет, я пока не знаю…
Кстати, на фотографиях к рассказу сама Фифи, а не кто-нибудь другой. Мы познакомились с ней в Сербии. Собственно, она и нашептала мне эту историю. Такие вот дела.
Да, а вот и сам рассказ.

первая ласточка

«Говорят, одна ласточка не делает весны; но неужели от того, что одна ласточка не делает весны, не лететь той ласточке, которая уже чувствует весну, а дожидаться. Так дожидаться надо тогда и всякой почке и травке, и весны не будет». Лев Толстой

DSC07918

Когда-то Господу стало одиноко, и Он создал мир, населив его существами всевозможных форм и размеров. Но никто, кроме самого Господа, не знает, как всё начиналось.

Возможно, первой Он выпустил ласточку, и она оповестила мир о начале. Потом сквозь сухую землю пробился первый зелёный росток, и на него упала первая прозрачная и чистая капля дождя. Вслед за ними мир наполнился пением, щебетанием и цветением. И в густой траве уже было не найти тот первый росток, с которого всё началось.

Так и в жизни человека, маленького творца. Он творит, повинуясь импульсу Высшего. Боится, сомневается, чувствует неуверенность, но не может спрятаться от зова сердца. А если всё же прячется, то чувствует себя плохо. И в такие минуты надо идти весной на природу, чтобы увидеть, как раскрывается план Господа. Как первая ласточка неизменно несёт с собой рождение нового мира.

«И это хорошо!» – думает Творец. «У меня всё получится», – отзывается сердце человека.

Описать «всё как есть»

Описать «всё как есть» означает взять белый лист бумаги и ничего не написать на нём. И это будет самое точное описание.

вязаный заяц

gamichaiВот так бредёт человек хмурым днём по холодной слякотной улице и, честно сказать, не ждёт ничего хорошего. Точнее он уже давно потерял где-то привычку ждать чуда, возможно, она выпала у него из заднего кармана потёртых джинсов или выскочила из кошелька, когда он платил в овощном за кило морковки. Не важно, потерялась эта прекрасная привычка, и всё тут.

И вот идёт он грустный и скучный, и вдруг видит – бежит вязаный заяц. Ловко перепрыгивает через грязно-снежные лужи, поддразнивая и то и дело оглядываясь с весёлой улыбкой. Сначала человек даже не замечает зайца, потом начинает злиться на него, а потом какое-то смутное, давно забытое, чувство вдруг оживает внутри, и человек неожиданно кричит вязаному зайцу вдогонку: «Эй, это ты что ли?!»

Да в общем что тут спрашивать? И так понятно, что это за заяц, и человек, не разбирая дороги, шлёпая по лужам, бежит вслед за ним. «Постой! Ведь это ты, и я знаю, что я тебя нашёл!» Погоня за вязаным зайцем так веселит его, что он начинает смеяться – смеяться над собой: «Прекрасно же я выгляжу, человек в галстуке и пиджаке, бегущий по городу за вязаным зайцем!»

И вдруг заяц исчезает. Нет, не совсем, он просто шмыгает в какую-то дверь. Был и уже нет! Интуитивно человек в пиджаке и галстуке знает, что войти в эту дверь за зайцем равно тому, чтобы потерять и галстук, и пиджак – но как он вернётся на работу?

knitted

Он останавливается и растерянно оглядывается назад – хмурый день, грязный снег, часы на кирпичной башне, показывающие всегда одно и то же время… Человек смотрит вперёд и видит зайца, подмигивающего ему из волшебной витрины чайного магазина. И человек делает уверенный шаг через порог, ведь он не хочет второй раз терять свою привычку быть счастливым.

Так вот знайте: Гавань Мира всегда готова вернуть вам привычку к счастью, просто обращайте внимание на зайцев в городе, особенно вязаных.