Category Archives: Мир

Маленькая планета

Научно-технический прогресс сделал нашу планету очень маленькой. Она оказалась окружена беспроводными сетями, многочисленными маршрутами авиарейсов, на неё можно посмотреть из Космоса и увидеть её сияющие границы. Интернет сделал обмен информацией практически молниеносным, а самолёты уменьшили реальные расстояния, сократив время, которое необходимо, чтобы добраться из одной точки планеты в другую. Расстояния могут измеряться тысячами километров, но по времени это всего лишь несколько часов. Так человек «сжал» земной шар, в каком-то смысле обманув пространство своими высокими технологиями…

Так я думала всего несколько месяцев назад, но теперь ощущаю, что по-настоящему наша планета стала маленькой сейчас, в эти месяцы, когда на ней разыгралась пандемия. С одной стороны она заставила людей сидеть по домам и закрыла границы. Она обрезала нити авиасообщения и закрыла масками лица людей, которые практически перестали путешествовать, «обманывая» пространство высокими скоростями. Но с другой стороны пандемия оказалась той бедой, которая заставила нас почувствовать себя одной, хоть и очень большой, но всего лишь одной семьёй, в которой нет чужих проблем, где все трудности можно преодолеть только сообща.

Мы чувствуем в своих сердцах боль и страдания других людей, не только близких, но и далёких, кого мы не знаем и никогда не узнаем лично. Мы разделяем их надежды, мы вибрируем их любовью. Мы вдруг понимаем, что сердце – это то, что делает нас родными, сближает вопреки всем закрытым границам. Планета становится действительно маленькой не потому что мы оплели её сетями авиатрасс и космических маршрутов. Она становится маленькой, когда помещается в сердце человека – большое и любящее. И тогда у нас появляется шанс к спасению. Не нужно обманывать ни пространство, ни время, ни самих себя. Всё, что нужно, – быть человеком с сердцем, готовым впустить в себя маленькую планету Земля.

Осенью

Весной мы смотрим на птичьи гнёзда и думаем о будущих полётах. Небо зовёт в свою синеву – испить её, насладиться ей. Мы хотим выпить небо до дна и думаем, что только это может дать предельное наслаждение. Осознание бездонности неба придаёт наслаждению особый вкус, понять который мы можем только в будущем, которое наступит, как только закончится настоящее, но настоящее длится и длится, а будущее зовёт и зовёт – откуда-то из далека, из далёкого края, попасть в который можно только переступив линию горизонта.

Всё лето мы идём к этой линии, то на закат, то на восход, а осенью понимаем, что пора остановиться. Осень, медленная и вкрадчивая, застаёт нас врасплох, задаёт нам один вопрос: где твоё настоящее? Подожди, – говорим ей мы, – дай нагуляться бескрайними далями, наслушаться птичьего пения, надышаться зелёными листьями. Ты успеешь, осень, успеешь, успокоить, угомонить, привести всех к единому знаменателю – прозрачному холодному небу, видимому так ясно через голые ветви деревьев.

Осенью мы не смотрим на гнёзда. Они оставлены, как пустые лодки, прибившиеся к неподвижному берегу. И мы бредём прочь от него, пустого, холодного, ждущего, когда лёд на реке придёт и прижмётся к нему потеснее. Мы идём домой, к тёплому запаху кофе, чтобы смотреть в окно на то, как птицы прилетают к кормушке. «Надо подсыпать им семечек, а то почти уже всё склевали», – думаем мы и невольно соглашаемся с осенью, принимая её всю, без остатка, от первого упавшего листа до первого выпавшего снега. Пусть будет как будет, главное, чтобы в кормушке всегда были семечки.

Образ будущего

Синичка, прежде чем склюнуть семечко, очень суетится и опасливо крутит головой во все стороны. Поползень выглядит вполне уверенным, он методично закладывает семечки в клюв, одно за другим. Воробьи всегда прилетают шумной компанией и их мало волнует, что происходит вокруг, они заняты только тем, чтобы как можно быстрее склевать как можно больше семян.

Так или иначе, их всех объединяет внимание к настоящему, когда семечко равно текущему моменту. У них нет тревоги за будущее, просто потому что нет представления о будущем. Они живут в моменте и беспрекословно следуют законам природы. Другое дело человек – без образа будущего в него вселяется тревога, ему трудно пребывать в настоящем и наслаждаться им, если он не представляет себе свой завтрашний день, который он мог бы запланировать и начать стремиться к нему, даже если потом всё получится не так, как хотелось. Лобные доли мозга обеспечивают видение будущего, рождают фантазии и полёт мечты.

Так получилось, что этот год стал временем, когда будущее представляется человеку максимально непредсказуемым, когда, по выражению героя романа Евгения Замятина «Мы»: «Всё известное закончилось, впереди – только неизвестное». Выясняется, что зыбкое будущее – это на самом деле та почва, ступая на которую, мы ощущаем опору. Даже планы на будущее дают нам чувство, что мы что-то знаем. Но оказалось, что не знаем… Мы даже не знаем, когда снова сможем хоть с какой-то долей уверенности знать и строить более-менее осуществимые планы. 

Вопрос «что делать?» выглядит немного бессмысленным, поскольку опять же направлен в плоскость будущего. И всё же человек не будет человеком, если не будет задавать себе этот вечный вопрос. Но ведь если он вечный, то соотносится не только с будущим, но и с каждым моментом времени, в том числе настоящим. Может быть, периодически спрашивать себя «что я делаю прямо сейчас?». Я полагаю, что ответы могут по-настоящему удивить нас и дать лучшее понимание того, где скрывается семечко правды о нашей жизни.

 

Слово года

Авторитетный словарь Collins выбрал словом 2020 года слово «локдаун». До нынешних времён этого слова не было в бытовом обороте, что понятно. По определению Оксфордского словаря оно означает строгую изоляцию заключённых и содержащихся под стражей. Как получилось, что практически всё человечество оказалось в положении заключённых? Под чьей стражей находятся эти заключённые?

Следующими встают вопросы о том, что такое свобода, какова её ценность и цена? Свобода неразрывна связана с чувством счастья, и потому вопросы о ней – это вопросы о счастье. Эта осень принесла большой урожай яблок, не знаю, везде ли, но во всяком случае, в наших краях. Но многие ли получили в эту пору свои ответы на вопросы о счастье, я не знаю, как и не могу сказать, много ли на свете по-настоящему счастливый людей.

Сегодня к нам на кормушку за окном прилетел дятел. Я впервые в жизни рассматривала его так близко – если бы не стекло, я могла бы дотянуться до него рукой. Он старательно склёвывал семечки, а я любовалась его красной сдвинутой на затылок шапочкой, острым и длинным клювом, быстрым и очень смышлёным взглядом. Синички, напуганные его появлением, сидели на ветках берёзы и ждали, когда он освободит им место, а дождавшись, суетливой стайкой снова слетелись на семечки. 

11 ноября 2020 года я поняла, что нужно возвращаться к Хроникам наших гнёзд, потому что слово – это размышление, а где есть размышление, там уже есть свобода.

 

Cезоны цветения

По порядку сменили друг друга сезоны цветения черёмухи, черешни, яблони, сирени, липы. В лугах теперь настоялся аромат мелких, похожих на белые звёздочки цветов. Я не ботаник, не очень-то разбираюсь в названиях, но люблю рассматривать всю эту скромную красоту поближе – удивительна она и необычна, и помимо всего прочего, развивает внимательность.

От Красной поляны, что напротив усадьбы и дома Волконского, по другую сторону пруда, поднимается дорога, по которой мы часто прогуливаемся вечерами. Вот и в этот раз идём. Навстречу – интересная компания. Мужчина из местных, с ним две собаки, большая добрая дворняга на поводке и старенький рыжий спаниель, а ещё палевая кошка с голубыми глазами. Идут не спеша.

В Ясной Поляне принято здороваться даже с незнакомцами, так что мы поприветствовали мужчину.

– Какие хорошие у вас спутники, – говорим.
– Да, мы всегда так гуляем, – и, показывая на кошку, добавляет, – ещё с нами обычно её сын ходит, но сегодня дома остался что-то. Он такой же точно, как она, только глаза оранжевые.

Перебросились ещё парой фраз и пошли каждый своей дорогой. Мы к машине, мужчина с собаками вниз к поляне, а кошка, заинтересовавшись только ей известно чем, остановилась у забора, присматриваясь и принюхиваясь. Может, цветок какой-то разглядывала. Она-то в них хорошо разбирается, не то что я.

«Хроники наших гнёзд»

«Хроники наших гнёзд» – рассказы, которые я пишу в это очень необычное время этого очень необычного года, 2020-го. Ниже – один из рассказов, эпизод 15.

Продолжение крыльев

На голубом листе неба птица – лишь маленькая точка. Мы смотрим на неё и думаем, как она справляется с этой бескрайностью. Как сохраняет себя в необъятном бездонном пространстве и, спустившись с неба на дерево, остаётся собой – энергией, собранной в сгусток, жизнью, сжавшей себя в пушистый комок. Такая маленькая и беззащитная – как она не теряет себя?

Птица не чувствует свою отделённость от неба, ведь оно – продолжение её крыльев, которые обнимают птенцов, охватывают поле и лес, окружают всю эту землю. Нет различия между небом и птицей. Пространство и точка сливаются в единой картине мира.

В этой картине мира человек стоит как в музее и любуется прекрасным пейзажем, не догадываясь о том, что он не посторонний наблюдатель, а часть этой общей жизни. Его пульс – это ритмы земли, он дышит дыханием неба. У человека тоже есть крылья, способные дать ему силу быть собой и обнять этот мир. Эти крылья – его сердце.


Другие рассказы из цикла «Хроники наших гнёзд» находятся вот ЗДЕСЬ и по тэгу #хроники наших гнёзд
Некоторые рассказы я перевела или ещё переведу на английский, just for fun 🙂

Либерленд, и немного нумерологии

Путешествуя из Сербии в Хорватию через пограничный пункт в Батине, я обратила внимание на странную границу этих двух государств, петляющую по водам и берегам Дуная и образующую невероятные узоры как слева, так и справа по течению.

Обычно граница стран, если между ними протекает большая река, проходит по её руслу, в этом есть определённая логика и смысл. Но я совершенно не увидела смысла в маленьких кусочках суши, относящихся, например, к Хорватии, но расположенных на берегу Дуная со стороны Сербии, и наоборот, крошечных территориях, относящихся к Сербии, но расположенных на хорватском берегу.

Являющиеся частью большого природного заповедника, эти кусочки почти полностью изолированы от стран, к которым они формально относятся. Там нет мостов, чтобы добраться до них через Дунай, а чтобы проехать по суше, надо пересечь границу соседнего государства. Да и дороги-то есть не везде. Почему так?

В 19 веке русло Дуная было другим. Извилистым было течение реки до того, как изменилось из-за естественных и рукотворных факторов. Русло изменилось, а границы, описанные в 19 веке, нет. Удобно – не удобно, логично – не логично, границы прописаны и это закон, придуманный человеком и незыблемый. Справедливости ради, стоит сказать, что сербы не против того, чтобы откорректировать границу с учётом нового русла, но хорваты категорически возражают.

А теперь немного нумерологии. Река, меняющая русло, потому что она поток – текучий, изменчивый, отвечающий велениям времени и ситуаций – относится к измерению чисел 2/8. Границы и правила, придуманные человеком, жёсткие, трудно поддающиеся переменам, поддерживающие какой-то придуманный людьми статус-кво, – это 3/7. Как часто эта пара идёт вместе – подвижное и незыблемое, природное и искусственно созданное, вольная стихия и структура.

Как часто, подумала я, в игру этой парочки чисел 2 и 3 вступает нечто другое, то, что олицетворяет измерение 4/6 – выход из ситуации, видение более широких горизонтов, в конце концов, прыжок в неизвестность. И эта ситуация не стала исключением. читать далее

Рассказ о том, как сознание наполняет форму (или о сакральных отношениях 3 и 4)

Государства как форма образуются человеком в зависимости от национальности, которая проживает на определённой территории. Сейчас нет моно-государств, где проживала бы только одна национальность, но всё же чаще всего какая-то национальность доминирует.

Посмотрим на два примера (одно государство и один город), где фактически нет доминирующей национальности, или преобладание одной над другими совсем незначительное. И интересовать нас будет вопрос: как они удерживают равновесие и уживаются друг с другом.

Пример 1. Страна Босния и Герцеговина. Национальности: примерно 50% босняки, 30 – сербы и 15 – хорваты (5% – остальные).

Пример 2. Город Суботица, Сербия. Национальности: примерно 32% – венгры, 30 – сербы, 10 – хорваты (остальные – югославы, буневцы, цыгане, черногорцы, македонцы, украинцы и т.д. (точно двое русских, мы с Дмитрием 🙂 ))

Пример 1

Краткие исторические факты: 1992-1995 гг. После распада Югославии возник межнациональный конфликт между босняками и сербами, в который потом включились хорваты, сначала на стороне сербов, потом на стороне босняков. Этот конфликт называют самым разрушительным в Европе после Второй мировой войны. Он унёс жизни более, чем 100 тысяч человек, число беженцев – более 2 млн.

Сейчас страна фактически находится под управлением ООН. Мирными соглашениями была учреждена должность Верховного представителя Генерального секретаря ООН, который действительно является высшей властью в государстве; он отвечает за исполнение соглашений и наделён полномочиями “принуждать органы власти следовать условиям мирного соглашения и подчиняться конституции страны”.

читать далее

Здравствуй, Баксик!


Через московскую метель, сквозь плотные слои белых облаков, турбулентные дрязги… добраться наконец домой в Суботицу и увидеть, что котёл отопления как будто и не рад нашему приезду и ни в какую не хочет включаться. Температура дома почти как на улице, горячей воды соответственно тоже нет. Эх, а мы ведь так ласково называли тебя “Баксик” (его официальное название Baxi)! Что же ты не хочешь обогреть нас?

Меньше всего хотелось выяснять причину такого досадного сюрприза и больше всего – принять горячий душ и укутаться на весь вечер в тёплый плед с какой-нибудь книжкой. Что делать… читать далее

Одно место

paliclake

Когда все люди соберутся в одном месте и начнут славить Бога, то разве будет возможно зло? Правда люди уже собрались в одном месте, и это место – планета Земля. Но, о, Боже, что они делают?!